Подарок гор. Охота на Кавказе.

Жаркий августовский день. Ночь на базе в долине и ранний выезд в горы. Моя первая охота в Кавказских горах. Я уже имею опыт охоты на Тянь-Шане, Памире, Алтае и в Саянах, но Кавказ для меня пока еще загадка. По отзывам – охотиться здесь сложно. Как оно все сложится?..

Начинаем штурм Кавказских гор на УАЗе, который, надрываясь, пытается перепрыгивать размоины, оставленные на горной лесной дороге прошедшим накануне дождём. Приходится использовать цепи на колёсах. Вздыхаем с облегчением, когда наконец выезжаем на луговины на высоте около 2000 м. Пейзажи потрясающие – альпийские луга, небольшие перелески, величественные горные вершины с ледниками.

Предположения относительно особых условий передвижения на Кавказе полностью подтвердились с первых шагов. Высокая, почти по пояс, трава покрыта утренней росой. От других гор Кавказские сильно отличаются обилием влаги. Может быть, по той же причине здесь очень трудно дышать – грудь как будто сдавлена. Ни в одних горах на высотах, значительно превышающих эту, я не чувствовал себя подобным образом. К слову, и тащить на себе пришлось немало. Кроме оружия и ножа у меня за плечами рюкзак, в который спокойно поместился бы 10-летний ребёнок. Второй рюкзак с фото- и видеоаппаратурой я нёс спереди. Через 15 минут ходьбы по узким тропам на нас практически не было сухого места.

Наконец путь до примитивного приюта, где мы оставили большую часть вещей, завершён. Чай, лёгкая закуска, и снова в путь. Охотник с фотоаппаратом и кинокамерой всегда возвращается из поездок с трофеями. Если это не рога или шкура зверя, то масса фотографий и видеофильм. Так мы и шли с проводником: он – впереди в поисках трофея, я – чуть сзади, стараясь запечатлеть всё то прекрасное, что встречалось на пути нашего следования. В горах всегда есть что снимать, тем более на Кавказе. Вот мы заметили грациозных серн. Три особи паслись на склоне ближе к хребту. Через полчаса я уже снимал их на видео и фотографировал. Серны оказались прекрасными моделями и дали нам возможность полюбоваться собой в течение получаса.

Начавшийся вскоре дождь сменился сильным ветром, который в конце концов разогнал облака. Выглянуло солнце. Обзор стал гораздо лучше, и нам посчастливилось наблюдать нескольких самок туров с детёнышами. Но достойных трофеев в окрестностях мы не заметили. Продвигаясь вдоль главного (на нашем маршруте) хребта, мы то одевались, то раздевались, так как погода менялась каждые полчаса. Проводник следовал туда, где, по его мнению, должны были быть туры. По пути мы внимательно обследовали все площадки, на которых предположительно могли бы находиться взрослые козлы, но ни одного так и не разглядели.

И вот мы там, где туры обычно отдыхают днём, – среди крутых скалистых хребтов с небольшими отстоями. Животным видно всё в округе на несколько километров, а их, если они не двигаются, заметить практически невозможно. Максимально концентрируя зрение, мы обшарили каждый участок скал и поняли, что с турами сегодня не сложилось. Продвигаться дальше стало невозможно, поэтому было принято решение после короткого отдыха двигаться в обратный путь.

Пока мы отдыхали, наше внимание привлёк огромный медведь, неизвестно откуда появившийся в метрах пятистах ниже нас. Его шкура имела соломенный оттенок, и он практически сливался с уже местами пожухлой травой. Косолапый переворачивал камни и что-то под ними искал. Зрелище завораживало, мы по очереди любовались красавцем в бинокль. Его шерсть ярко блестела на солнце. Решили подойти поближе и начали спускаться. Прошло полчаса, может, чуть больше. Но когда мы вышли примерно в тот район, где хозяйничал мишка, от него остались лишь следы на месте кормёжки. Можно представить наше разочарование!

Отсутствие медведя не расстроило наших планов. В очередной раз обозревая в бинокль местность, я заметил какое-то движение в огромных вековых соснах. Приглядевшись внимательней, мы убедились, что это туры. Сколько – трудно сказать. Постоянно мы видели только одного, который медленно перемещался внутри небольшой рощи, грациозно перепрыгивая через сосны в три обхвата, лежащие на земле. Сердце учащённо забилось в предвкушении охоты. Но… нам не за что было спрятаться! На подходе к роще на несколько сотен метров не наблюдалось ни деревца, ни куста. «Ничего не выйдет!» – сказал проводник и собрался поворачивать обратно. Однако мне такая перспектива совсем не понравилась. Я пригляделся, увидел те неровности рельефа, которые смогли бы нам помочь, и вспомнил, что на службе в армии за полтора года прополз на животе не один километр в сопках Забайкалья. Прячась за каждую травинку, мы переползли, как две ящерицы (вниз головой, вверх ногами), самый ответственный участок и оказались на краю небольшого ущелья. То, чему мы стали свидетелями, можно было бы описать отдельно и более подробно. Найдутся скептики, которые не поверят, но это было на самом деле и видел я такое впервые в жизни.

На самом дне ущелья в кустах и траве копался 2-3-годовалый медведь в поисках пропитания. Подкупленный абсолютным спокойствием топтыгина, я стал снимать его на видео и фотоаппаратом с расстояния 30 метров. С ветром нам в тот раз очень повезло – он дул со стороны животных на нас, то есть вверх. Медведь спокойно продвигался вниз. Отсняв достаточно и наблюдая краем глаза за турами, которые уже находились в непосредственной близости от нас, мы решили попробовать подойти к ним поближе, так как из-за деревьев козлов, не говоря уж об их рогах, рассмотреть было невозможно. И вот мы уже на краю рощи. Наконец-то можно немного распрямиться, спрятавшись за стволами. Я стал снимать туров. Увлёкшись этим процессом, всё ближе и ближе подходил к отдыхающим животным.

На тот момент я не знал, сколько же их там на самом деле, и это чуть не сыграло свою коварную роль во всём процессе скрадывания. Я постоянно видел одного-двух туров – то хороший трофей, то средненький. Неожиданно оказался чуть ли не на краю целого стада – повсюду из-за поваленных деревьев торчали кончики рогов. Некоторых особей я снимал уже с расстояния не более 30 метров. Этому способствовал сильный ветер с их стороны и шум, им создаваемый. Время от времени появлялась тревожная мысль, что туры заметят меня, когда я высунусь из-за дерева с камерой. Поймав в объектив морду козла, я обмирал, глядя в глаза этого осторожного животного – вот сейчас меня постигнет «провал» и восторжествуют природные инстинкты и острота зрения дикого зверя. Застыв в напряжённой позе и осознавая, что малейшее движение перечеркнёт всё проделанное нами ранее, я молил Бога только об одном – чтобы тур быстрее отвёл взгляд, так как от неудобной позы и продолжительного статического напряжения мои ноги буквально ходили ходуном. Меня спасла какая-то непонятная возня и тревожный свист тура. В этот момент сторожевой козёл переключил всё своё внимание на ущелье.

А в это время там происходили следующие события. Наш мишка, кормившийся в этой расселине, потихоньку продвинулся вниз к одному из лежавших на склоне туров. Последнему подобное соседство, очевидно, совсем не понравилось. И он, став в оборонительную стойку, начал свистом оповещать об «интервенте» собратьев. Топтыгин же, считая, что у него гораздо больше прав на перемещение по этой территории, встал на задние лапы и несколько раз махнул правой передней лапой прямо перед мордой козла. Тот стал свистеть ещё громче и чаще. И вот тогда, понимая, что для меня ситуация становится критической (так как туры в любой момент могли сорваться с места и убежать), я переключил всё своё внимание на рогачей. Именно в этот момент я увидел, что всё стадо начало вставать, проявляя особый интерес к ущелью. И было туров в непосредственной от меня близости порядка 12-15 голов. Да каких голов! Одна мощнее другой! Они стали перемещаться, и я постоянно терял из виду того, которого бы хотел добыть. Ситуация требовала немедленного реагирования: либо я стреляю без особого выбора, либо дичь убегает после очередного сигнала опасности! Я выбрал хорошего козлика и стал ждать момента, когда тот покажется из-за деревьев. Но его собратья, стоявшие рядом, стали перемещаться, и я периодически терял «своего». И вот, как мне показалось, он на мгновение замер, и в просвете между стволом поваленной сосны и большим сучком я увидел его шею и переднюю часть корпуса. Положил прицел на корпус сразу за лопаткой и быстро, но плавно нажал на спусковой крючок…

Выстрел прозвучал очень глухо. Стадо туров галопом кинулось вниз, и лишь один козёл медленно побрёл направо от нас по краю рощи. Пройдя метров тридцать, он пропал из виду, так как всю перспективу закрывали поваленные деревья. Как потом оказалось, зверь был тяжело ранен и по этой причине лёг. Но потом решил продолжить путь, и я опять увидал его между стволами сосен. Мне пришлось ждать, пока он выйдет хоть на минимальный прогал, чтобы выстрелить ещё раз. Вот маленький просвет! Появилась голова, шея, часть корпуса. Надо стрелять! Рядом уже следующие стволы сосен. Выстрел! Козёл исчез из виду, но удар пули, попавшей в корпус, был отчётливо слышен.

Довольные процессом и точными выстрелами, мы с проводником собрали все наши вещи и подошли к месту падения зверя. Но… там никого не оказалось. Понимая, что такого просто не может быть, мы начали обыскивать местность. Сначала обнаружили капли крови – это было место, где тур лёг в первый раз. Затем – место, где он начал скатываться вниз. А надо отметить, что склон был очень крутой и длинный. Зацепившись рогами за траву и грунт, моя добыча лежала всего лишь в ста метрах ниже по склону.

Когда я подошёл к моему туру, не сразу поверил своим глазам. О таком трофее я даже не мечтал! Крупные рога идеальной формы и, самое главное, с полностью сохранёнными изящными, тонкими кончиками. Только настоящий горный охотник может понять то, что чувствовал я в те мгновения. Из-за крутизны склона было трудно даже сделать фотографии с трофеем – тяжеленная туша буквально тащила меня вниз. Но наконец голова с рогами в рюкзаке, и мы глазами «прощупываем» горы, чтобы найти оптимальный вариант возвращения в приют. Проводник поведал, что есть два пути обратно: один – это тот, по которому мы пришли (длинный и тяжёлый «тягун» с выходом на вершину хребта), другой – более короткий (по его мнению), но по нему он ещё не ходил.

Короче – это не всегда быстрее! Об этом я буду помнить долго! Выбрав более короткий путь по причине большой усталости и отсутствия всякого желания преодолевать второй раз длинный «тягун», мы двинулись вдоль хребта в полгоры. И это было большой ошибкой! В итоге, когда мы оказались у скалистого прижима, из которого вытекло много горных источников, то поняли, насколько серьёзна ситуация! На то, чтобы вернуться назад и начать спускаться по более пологому пути, не было ни сил, ни времени. Идти вперёд с грузом 30-35 кг за плечами было очень опасно. Любое неосторожное движение на скользком скальнике могло привести к падению, последствия которого предугадать было невозможно. Поэтому мы решили отдохнуть и подумать.

Мы сидели и переводили дух, одновременно осматривая каждую пядь гор, через которые нам необходимо было пройти. Большой проблемой для меня стали в той ситуации армейские берцы. Многие их хвалят. Но я пришёл к категорическому выводу: если хочешь иметь проблемы в горах – обувай берцы. Жёсткая подошва с плохим протектором скользит даже по сухим скальным породам, не говоря уж о влажных. Быстро намокнув, эти ботинки становятся ничуть не лучше обычных носков – абсолютно не держат голеностоп, нога в них «болтается» при любом количестве вложенных стелек и надетых носков. Очень много сил уходит на удержание ноги и равновесия на горных породах. Вымотали они меня так, как я не уставал в армии на

50-километровом марш-броске. В общем, хуже обуви на охоту я ещё не надевал!

Но идти дальше было просто необходимо. Нас ободрило внезапное появление в поле зрения сразу трёх объектов животного мира: самки тура с козлёнком и огромного медведя. Самка долго пыталась понять, что за пришельцы вторглись на их территорию. Но, не разобравшись в ситуации, просто увела своего малыша от греха подальше. Косолапый же долго ходил вдоль горного ручья, выискивая что-то под камнями.

Потом он вышел на небольшую поляну метрах в двухстах от нас и стал принюхиваться. Встав на задние лапы, он наконец увидел и почуял человека. Некоторое время смотрел своим медвежьим взглядом прямо на нас. Потом, подпрыгнув и развернувшись в воздухе, дал стрекача. Да какого! Мы даже представить себе не могли, как можно передвигаться по горам с такой скоростью.

Проводив взглядом мишку, мы двинулись дальше в поисках своего пути из скального прижима. Проанализировав маршрут, по которому зверь удалялся от нас, пришли к выводу, что можно попробовать последовать за ним. Бог послал нам этого медведя, чтобы указать обратный путь. Обогнув небольшой хребет, мы вышли на относительно пологий склон, по которому можно было двигаться более-менее спокойно. Нашей радости не было предела. Мы преодолели этот склон и вышли на вершину другого хребта, с которого уже была видна долина, в которой находился наш приют. На усталость уже не обращали внимания – её на время пригасила эйфория.

Усталость дала о себе знать, как только мы позволили себе расслабиться, увидав конечную цель. Только тот, кто никогда не спускался с гор, может думать, что это легко. Но опытные люди меня поймут. Впечатление такое, что у тебя в ногах вместо мышц деревяшки, которые упорно не хотят передвигаться. От обилия в мышцах молочной кислоты они становятся жёсткими, теряя свою эластичность вплоть до судорог. Нам приходилось чаще останавливаться на привалы и массажировать икроножные и бедренные мышцы.

Осознание того, что на твои плечи давит 30-35-килограммовый груз, но это – честно добытый тобою трофей, являлось тем стержнем, который помогал мне держаться на ногах. Я касался кончиков рогов, которые выходили чуть вперёд и вниз из-за спины, ещё раз проигрывал конечную стадию охоты, и от этого путь не казался таким уж тяжёлым.

Добравшись наконец до нашего пристанища, я снял рюкзак с рогами тура и от ощущения лёгкости чуть не взмыл вверх. Настолько велико было облегчение! Казалось, что можно разбежаться, оттолкнуться и полететь!

Довольные не только добытым трофеем, но и теми кадрами, которые нам удалось отснять, равно как и теми сценами из жизни природы, которые довелось увидеть, мы несколько минут просто сидели на лавочке, отдыхали, переводили дух и прокручивали в сознании все приключения этого дня.

После короткого отдыха мы быстро перекусили, выпили, как полагается, за удачную охоту и провалились в обволакивающую негу сна.

ДМИТРИЙ ВСТОВСКИЙ

Фото Дмитрий Встовский

от 400.00USD
Трофейная охота в Болгарии на бурого медведя, охота на кабана, тетерева, фазана, перепела, вальдшнепа, благородного оленя, лань, косулю и муфлона.

Охота в Болгарии на бурого медведя, охота на кабана, тетерева, фазана, перепела, вальдшнепа, благородного оленя, лань, косулю и муфлона.

от 1000.00EUR
Охота на бурого медведя: Кировская область

Сразу видишь, что он вовсе не безобиден. Когти, зубы и немереная сила – всё при нём. Тем более приятно победить такого зверя! После выстрела сразу понял, что медвежья охота зацепила меня всерьёз… До этого я считал, что каждый охотник должен добыть медведя и на этом успокоиться, а после выстрела сразу понял, что медвежья охота зацепила меня всерьёз.

от 3400.00EUR
Камчатка: охота на бурого медведя, Камчатского лося, снежного барана

Камчатский лось – самый крупный в мире представитель семейства оленьих. Средний вес рогов находится в пределах 20-30 кг с размахом 140-160 см. У некоторых особей рога весят 50 кг и имеют размах до 2 м.

Добавить комментарий